Меню:
История
Новости
Публикации в газетах
Документы
Фото
Наши победы
Пишите нам




Почему взрывают Ставропольский край?

Редут на восточном рубеже

 

Северный Кавказ остается главным поставщиком тревожных новостей. Не раскрытый теракт в Ставрополе, леденящая душу хроника убийств милиционеров, а с некоторых пор и военных в Дагестане, заполонившие Интернет воззвания самопровозглашенных имамов о планах создания великого Кавказского Имарата, на карте которого Ставропольский край обозначен как Ногайская степь, все это беспокоит жителей Ставрополья и наводит на мысли о целенаправленном осуществлении хорошо продуманного плана.

Впрочем, это стало ясно не сегодня. Были люди, которые и десять лет назад понимали, что надо создавать инфраструктуру вдоль восточных границ края, которая помогала бы упреждать неожиданности. Одним из них был ставропольский губернатор Александр Черногоров, который в начале двухтысячных совместно с руководителями краевого управления внутренних дел и ГИБДД принял решение создать на строящемся участке дороги Элиста-Арзгир-Буденновск-Кисловодск оснащенный по последнему слову контрольный пункт милиции.

Это должна быть не примитивная будка со штабелем из мешков с песком в придачу (якобы огневая точка), какие в девяностые годы уродовали ставропольский пейзаж. На этом пункте, размещенном в стратегически важной точке пересечения автомобильных потоков Юга России, предусматривался даже вольер для выдрессированных собак, способных отыскивать наркотики и взрывчатку.

Федеральный бюджет выделил деньги на строительство упомянутого выше участка трассы, а деньги для строительства КПМ обязал изыскать в краевом бюджете. Сорок миллионов рублей – на такую сумму тянул «оборонительный» объект - отдавать жалко. Но речь-то шла о безопасности края! Губернатор возглавлял Совет безопасности края и ему не надо было объяснять значение КПМ для Ставрополья, к которому хищно присматривались боевики, наркодилеры, террористы и всевозможные проходимцы.

Шестеренки закрутились: был подготовлен проект, проведены согласования и экспертизы, просчитаны сметы. Весной 2005-го года был подписан Государственный контракт на строительство КПМ и проведен конкурс на размещение подряда на строительные работы. Ответственным за реализацию проекта было назначено управление дорожного хозяйства краевого министерства промышленности транспорта и связи.

Курировал проект заместитель председателя краевого правительства Геннадий Клюшников. К середине 2007-го года были освоены двадцать миллионов рублей – половина намеченного. В приграничной степи появилось прочное здание поста ГАИ. Однако в конце того же года все работы были срочно остановлены, финансирование прекращено, а сам проект похерен.

Бывший начальник управления дорожного хозяйства края Василий Чирков объявлен преступником и последние полгода живет под подпиской о невыезде и ждет суда по обвинению в нецелевом использовании бюджетных средств в особо крупных размерах.

 

Стрижено или брито?

 

Я потратил три дня на чтение восьми томов уголовного дела № 99503. Конечно, это не «Воскресенье» Льва Толстого или «Преступление и наказание» Федора Достоевского, тоже замешанных на криминальных сюжетах. Не в смысле стиля и сочности изложения, разумеется. Какое уж изящество в справках, протоколах, допросах, постановлениях и тому подобном. Великие мастера слова, исследуя человеческую душу, искали ответ на вопрос: в чем мера ответственности героя?

В чем он прав, а в чем не прав перед собой, Богом и обществом? В розысках старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Ставропольскому краю Павла Кошкидько, я, как ни старался, не смог обнаружить даже намека на постановку таких вопросов. В чем виноват Василий Чирков?

Какой ущерб обществу нанесли его действия? И был ли вообще этот ущерб на самом деле? Следователь наперед знал, что Чирков виноват. Об этом он извещал торжественной фразой «Заведомо зная…Умышленно совершил…». Он неутомимо выискивал зацепки, которые подтверждали его рабочую версию и отметал факты, если они не вписывались в его представления.

Один из «китов», на котором зиждилось обвинение – а почему КПМ не значился в перечне объектов, подлежащих строительству? Разъяснения специалистов о том, что посты милиции и подобные сооружения по существующим правилам включены в состав дороги и им не место в перечне строительных объектов, утверждаемых депутатами, на следователя не действовали.

Признаюсь, размышляя о перипетиях дела, я тоже недоумевал: а почему за столько лет этот злосчастный объект на границе, о котором знали и правительство, и депутаты, не вписали в какой- либо законный акт, не провели приказом с номером и датой? Ведь это дело техники. И вдруг в последнем томе уголовного дела я наткнулся на показания одного из свидетелей, который мимоходом упомянул о распоряжении губернатора, изданном в 2006 году и фактически узаконившем этот КПМ.

Я мигом на сайт губернатора - висит это распоряжение в целости и сохранности. Почему следователь не бросился на розыски этого чрезвычайно важного документа, чтобы, протокольно изъясняясь, исследовать его как существеннейший «вещдок» и приобщить к делу? Почему в деле нет этого документа?

В памяти многих ставропольцев еще свежа жуткая история о том, как селянина обвинили в убийстве родной сестры. Труп «убитой» так и не нашли. Молодой человек отрицал свою вину. Но следователям было все ясно: убийца расчленил труп «жертвы» и закопал по частям. Бравые следаки добились своего и упрятали парня в тюрьму.

А через пару лет как снег на голову свалилась воскресшая «убитая и расчлененная» девица… В деле № 99503 против Василия Чиркова тоже нет «трупа». «Ищите женщину!» рекомендовали в романтичные средние века. «Ищите шкурный интерес!» советуют в наш более прагматичный век.

А в самом деле, в чем же состоял «шкурный» интерес» Чиркова? Во имя чего он рисковал, заведомо умышленно, если верить следователю, совершая «преступные деяния? Разъяснение следователя разит наповал: «…чтобы получить одобрение своей профессиональной деятельности со стороны руководства Ставропольского края…» Я это понимаю так: министр вознамерился выслужиться перед губернатором и не придумал ничего лучшего, чем умыкнуть из бюджета четырнадцать миллионов рублей.

Перелистывая материалы дела, я обнаружил, что следователь безоговорочно полагается на заключение краевой Счетной палаты. Эта авторитетная организация и запустила в утверждение о том, что расходование средств на строительство КПМ представляет собой нецелевое использование бюджетных средств.

Особенно Павел Кошкидько ценит мнение аудитора краевой Счетной палаты А.Ивановой, которая, среди прочего, вложила ему в голову и убеждение в том, что содержание милиции производится исключительно за счет федерального бюджета. Поэтому расходы на КПМ незаконны в принципе. Любопытства ради я заглянул в Закон Ставропольского края «О бюджете на 2005 год».

И нашел 700 тысяч рублей, определенных на реконструкцию изолятора временного содержания в станице Ессентукской. Кроме того еще 5 миллионов рублей депутаты пустили на строительства других объектов ГУВД. Подумалось, что дующие из Счетной палаты ветры могут пригнать лодку следователя совсем не в ту гавань.

Однако читатель наверняка уже заждался объяснений: чего же такого натворил бывший министр Василий Чирков, если у следственных органов прямо-таки руки чешутся переквалифицировать его в лесорубы? А «натворил» он вот что: деньги на оплату работ по КПМ перечислялись с использованием экономического классификатора 241. А следователь, опираясь на мнение уже знакомого нам специалиста Счетной палаты, утверждает, что перечисление денег по коду 241 преступно.

Надо, в крайнем случае, по 310 коду. Понимаю, читателю до фени: что 241-я статья, что 310-я. Читатель требует взять быка за рога: - Вы мне вашими классификаторами баки не забивайте, а отвечайте прямо: сколько украл? У нас просто так уголовные дела не навешивают… Так - то оно так, но в нашей истории речь идет о человеке, который не украл ни копейки. Даже счета по оплате нецелевых, с точки зрения следователя, «милицейских» работ он подписывал на законном основании.

Это утверждаю не я. Под этим утверждением подписались люди, не доверять профессиональным познаниям которых у меня нет никаких оснований. Приведу имена некоторых из этих людей: Министр финансов правительства края Владимир Шаповалов, его заместитель Лариса Калинченко, специалисты министерства Виктория Зимовец и Игорь Романец, специалисты контрольного Управления губернатора Наталья Образцова, эксперты Любовь Блужнина и Тамара Смыкалова…

А специальное разъяснение, с которым Минфиннадзора РФ было вынуждено выступить после многочисленных скандалов, связанных с толкованием кода 241, прямо нацелено на то, чтобы окоротить не в меру ретивых «правдокопов». Но это не все. Василий Чирков возглавил дорожное хозяйство в июле 2006 года.

Годовые и квартальные планы, сметы, сверстанные еще в конце 2005 года, полным ходом выполнялись. Дюжие мужики с обгорелыми плечами заливали дымящимся битумом раскаленные на солнце дороги. Полугодовой лимит горючего уже был спален, щебень и песок завезен из карьера. В сентябре к Чиркову принесли на подпись первую платежку по КПМ. Ему ли было выяснять, какой классификатор здесь больше подходит – 241-й или 310-й? Стрижено или брито? Это забота финансистов. Его же дело - выполнять контракт. Он его и исполнял.

Трудно, если не сказать невозможно, накопать что-то против человека, который, как говорится, ни сном, ни духом. Но усердие все превозмогает. Запрограммированность следствия не осталась незамеченной «государевым оком». Между следствием и прокуратурой, которая приглядывала за соблюдением законности, перманентно вспыхивали колючие перепалки.

Заместитель прокурора края И.Е.Гладченко в ноябре прошлого года не принял снесенное следствием яйцо - отказался утвердить обвинительное заключение. Он посчитал его сырым, не доказанным и к тому же добытым с целой дюжиной процессуальных нарушений. Дело вернули на доработку.

 

Профессиональное самоубийство следователя

 

Когда я докарабкался до сияющей вершины монументального сооружения следователя по особо важным делам Павла Кошкидько - обвинительного заключения, - не сразу поверил глазам своим. Из обвинения исчезли эпизоды, связанные с оплатой работ на КПМ в 2005 и 2007 годах. Это значит, что в 2005 и 2007 годах управление дорожного хозяйства края на законном основании осваивало бюджетные средства.

А вот в 2006 году эти же люди, занятые тем же, словно актеры по ходу спектакля срочно переодевались в преступников, злостно расхищавших краевой бюджет. На память пришла разрубленная пополам лошадь барона Мюнхгаузена. Две половинки расчлененного скакуна мирно прогуливались по лужайке. Тело любого преступления протянуто во времени. Оно едино.

Следователь же расчленяет его как лошадь барона Мюнхгаузена и оперирует по отдельности с каждой из половинок. Полтора года следователь упрямо доказывал, что строительство КПМ само по себе незаконно от начала и до конца. Чирков самовольно, «чтобы заслужить одобрение руководства», что-то клепал в степной глухомани. А теперь что получается?

Те, кому это положено, по нечетным годам санкционировали расходы из бюджета на строительство КПМ, а по четным – извините, гражданин, пройдемте? Хвост живет сам по себе, а голова – сама по себе? Следователь загнал себя в логический тупик и совершил профессиональное самоубийство. Не удивлюсь, если в каком-нибудь пособии для начинающих сыщиков ноу-хау нашего земляка будет помянуто как «Казус Кошкидько».

Меня забавляет один вопрос: на какого судью рассчитывает следователь, вручая свой восьмитомник на милость Фемиды? На того, который заткнет ухо, обращенное к свидетелям и логике, а другое прижмет к телефонной трубке, из которой бархатный баритон воркует «правильные» выводы?

 

Подрыв «системы»

 

В древних Афинах был обычай. Если гражданин предлагал новый закон, и собрание его отвергало, инициатора умерщвляли. Чтобы не мутил воду. Реформаторов не жаловали во все времена. Василий Чирков в дорожной отрасли оказался одновременно и случайно, и не случайно. Случайно, потому что до своего назначения начальником управления дорожного хозяйства края ни дня не работал в отрасли.

И этот факт не понравился многим «крепким хозяйственникам», которые возглавляли ДЭСУ и ДРСУ не по одному десятку лет и слыли всемогущими в местном масштабе «дорожными баронами». Не случайно, потому что как опытный менеджер и человек со стороны он видел недостатки отрасли и имел в голове план преобразований. То, что он «новый», не связанный ни с кем в отрасли человек, с воодушевлением было воспринято большинством простых работников.

Они видели, как хорошо приспособившиеся «бароны» обустраивали свою безбедную жизнь и, по сути, грабили их, простых работяг. «Наш главный инженер даже нивелиром пользоваться не умеет. На объекте ложится на асфальт и проверяет ровность…Убедительно просим: уберите его, либо мы сами с ним расправимся». Это строки из письма, которое новый начальник управления получил от работников Петровского ДРСУ чуть ли не на следующий день после своего назначения.

А вот выдержки из коллективного обращения работников Грачевской ДРСУ: «За 2005-начало 2006 года предпринимателю Мисакяну было перечислено более 4 миллионов рублей за несуществующие материалы (гравий, асфальтобетон, соль, дорожные знаки). На самом деле этот Мисакян занимается продажей шашлыков на рынке». Дальше рабочие сообщали, что у руководителя ДРСУ Богданова имеется своя фирма «Проспер».

Рабочие сообщали, что Богданов строит офис фирме в Михайловске. На объекте ежедневно трудятся до 15 работников ДРСУ, естественно, за счет предприятия. Два-три КАМАЗа, сообщали рабочие далее, ежедневно вывозят с асфальтобетонного завода материал в Ставрополь без выписки и без оплаты по личному распоряжению Богданова. В Ставрополе Богданов построил себе несколько квартир. А в это время ДРСУ влачит жалкое существование, зарплаты у людей мизерные.

Эти и другие факты были проверены. Богданов стал одним из первых, кто лишился своей должности и кто автоматически влился в лагерь недоброжелателей Чиркова. Армия эта неизбежно пополнялась, потому что основной его задачей было разрушить криминальные цепочки, которые сложились вокруг дорожного хозяйства Из 33 предприятий отрасли 24 были банкротами.

Да и как могло быть иначе, если руководители предприятия, «бароны», закупали, скажем, битум по одиннадцать тысяч рублей, тогда как он стоил семь тысяч? Или дизтопливо – по двадцать два рубля, в то время как на районных бензоколонках им заправляли по 15 рублей. «Разница» вешалась на бюджет и расходилась по карманам. Известный экономист Никита Кричевский сообщил в одной из статей, что по его подсчетам «откаты» в дорожной отрасли в отдельных случаях достигают 70 процентов.

Десятки и сотни миллионов рублей невидимыми ручейками стекались в карманы чиновников краевого масштаба, прикрывавших грабительские операции. Действовала годами отработанная система. Великая «эпоха отката». А дороги тем временем являют собой похабное зрелище. Назначение Чиркова, который замахнулся на «систему», состоялось так.

В начале 2006 года он работал помощником вице-губернатора Бориса Калиничева. Его ввели в комиссию, которая обследовала положение дел в дорожной отрасли. То, что он увидел, потрясло. Но будучи человеком действия, он не погрузился в "охи" и "ахи". Поразмышляв, посидев за калькулятором, он высказал своему шефу ряд идей о том, что можно сделать для выправления ситуации.

Генерал Калиничев, когда-то руководивший космодромом Байконур и склонный к по-военному ясным и конкретным решениям, сразу предложил перевести идеи в записку на имя губернатора. Александр Черногоров текст изучил, вызвал автора и задал вопрос в лоб: - Все это хорошо, но пока на бумаге, а надо сделать. Возьмешься?

Так Чирков стал дорожником и по совокупности реформатором. Реформа, которую он запустил в отрасли и которая наделала много шума, тема отдельного обстоятельного разговора. А в мае 2008 года Чирков покинул свой пост. В край пришел новый губернатор.

Возникла новая политическая ситуация, которая потребовала иных подходов, чем те, которых придерживался Чирков. Эти «подходы» были несовместимы с тем, что делали в дорожной отрасли Чирков и его единомышленники. Поэтому Чирков (а вместе с ним и все те, на кого он опирался) должен был уйти, а спустя какое-то время с благословения губернатора Валерия Гаевского против него было возбуждено уголовное дело.

А если о результатах реформы – приведу только один пример. Тофик Джабаров, дорожник с тридцатилетним стажем, при Чиркове возглавил ДЭСУ – 1. Предприятие имело 17 миллионов рублей убытков, средняя месячная заработная плата его работников составляла 3,2 тысячи рублей. Через полтора года, когда он вместе с Чирковым оказался не нужен, за предприятием не числилось ни одного рубля убытков, а среднемесячная зарплата достигла 8,5 тысячи рублей.

Все наработанное было перечеркнуто жирным крестом. Кому и зачем это понадобилось?

 

Классический наезд

 

Ряд обстоятельств указывает на то, что правящая краем элита назначила козла отпущения. Намечен чиновник крупного ранга, которого намереваются выставить толпе как доказательство решительной борьбы с коррупцией. Им стал бывший министр дорожного хозяйства края Василий Чирков.

По- своему, это логично. Основное достоинство Чиркова состоит в том, что он по всем параметрам подходит на роль ритуальной жертвы, но при этом «не наш». Его не жалко. Когда в мае 2008 года Валерий Гаевский сменил Александра Черногорова на губернаторском посту, первым положил голову на кадровую плаху Василий Чирков. Однако идея убрать Чиркова прорабатывалась задолго до этого.

Первый наезд случился в июле 2007 года. Счетная палата края проверила финансово-хозяйственную деятельность управления дорожного хозяйства. Выявленные упущения, в основном, отражали беспорядки, накопленные еще до Чиркова. Собственно, для борьбы с ними его и направили сюда в свое время. Перенесемся мысленно в июль 2007 года. Команда бизнесменов, группировавшихся вокруг Андрея Уткина и Дмитрия Кузьмина, взяла под свой контроль краевую думу.

Депутаты изменили Устав края, ограничив полномочия губернатора. В декабре маячили выборы в Госдуму РФ, на которых политизированные предприниматели рассчитывали сорвать легкий куш. Для обострения политической ситуации и решения пиаровских задач нужна была кровь. Вот тогда-то и возникли отчет Счетной палаты и некий оперативник капитан Колесников, который, якобы вычитав в отчете Счетной палаты про нецелевые траты на строительстве КПМ, накатал рапорт об обнаружении преступления.

Замечу в скобках, что помимо эпизода с КПМ в тот период было предпринято еще восемь (!) попыток возбудить уголовные дела против Чиркова. Все они сдулись, потому что не лезли ни в какие ворота. А за КПМ зацепились. Началась разработка.

Прожженные циники почуяли перспективу в жонглировании невинными статьями экономических классификаторов. Учитывая, что в те времена Уткину и Кузьмину страшно везло на судебных разбирательствах, которые при любом раскладе завершались в их пользу, затея имела шансы на успех. Однако, пока «разгоняли» дело, подули иные ветры.

И вот уже сам Дмитрий Кузьмин вынужден бежать из России, а Андрей Уткин из спикерского кресла переместился в менее комфортабельный гарнитур в следственном изоляторе. Волевой посыл, вдохновлявший энтузиазм «заказных» следователей, иссяк. И в декабре 2007 года следователь по особо важным делам, полковник юстиции В.В.Овчаров отказал в возбуждении уголовного дела против Чиркова, не без сарказма отметив что: «обвинения счетной палаты декларативные, не основываются ни на каких фактах».

Но через полгода после прихода нового губернатора ситуация вновь круто изменяется. И опять как черт из табакерки выскакивает оперативник капитан Колесников, который, надо полагать, на досуге перечитывает отчет Счетной палаты, ужасается безобразиям и катает по начальству рапорт «об обнаружении преступления». С архивной полки снимается протухшее «Дело Чиркова»… Но вернемся в лето 2007 года.

Накал политической схватки нарастал. Чиркова обвиняли в том, что своими реформами он разрушает дорожную отрасль. Под прикрытием краевой Думы оппоненты мешали ему работать. Противники науськали на министра даже ФСБ. Сотрудники ФСБ изъяли бухгалтерские документы в Новоалександровском ДЭСУ, парализовав работу предприятия.

На запрос Чиркова начальник краевого управления ФСБ Олег Дуканов не без издевки ответил: «Если кому-то очень нужны документы, пусть приезжают к нам и снимают копии…» Мы уже знаем, что после ухода Чиркова ушли все, кто вместе с ним тянули воз реформ и поднимали отрасль. А кто пришел на их место?

Те самые, которых либо за профнепригодность, либо за участие в финансовых махинациях в свое время уволил Чирков. Вот один из них - начальник Шпаковской ДЭСУ Дикунов. Это под его началом из четырех грейдеров, брошенных на экстренные работы в аэропорт, ни один не смог добраться до пункта назначения. Сегодня он вновь на коне и возглавляет Труновское ДЭСУ.

Упоминавшегося Богданова то же «отблагодарили» и назначили директором Кочубеевского мехкарьера. А кто назначает-то? Новый министр дорожного хозяйства Игорь Васильев. Тот самый, которому Чирков предложил уйти по собственному желанию с поста директора «Дирекции строящихся автодорог». За Васильевым тянулся целый шлейф мутных историй общей суммой почти на 50 миллион рублей.

Чирков не хотел, чтобы такой человек порочил дорожную отрасль. В феврале этого года следственные органы вознамерились было возбудить уголовное дело против министра Васильева, но за него горой встал губернатор Гаевский. В материалах дела я наткнулся на любопытный документ. Игорь Васильев, возглавляя «Дирекцию строящихся автомобильных дорог» подписал договор на юридическое обслуживание с шефом юридического агентства «СРВ» Романом Савичевым.

Удовольствие это обошлось предприятию в 90 тысяч рублей в месяц - миллионов в год. Замечу, что Савичев заключал такие же договоры и с другими предприятиями отрасли. Мне доводилось писать о том, как Роман Савичев ухарски вырвал 20 миллионов рублей из бюджета администрации поселка Затеречный Нефтекумского района за «юридические услуги».

Перед нами один из элементов четкой схемы откачки бюджетных денег на счета частных фирм. Таковы в наши дни "подходы", которые превалируют в менталитете краевой элиты при рассмотрении экономических, политических и прочих перспектив. Краем ведают бизнесмены, которые в принципе лишены государственного разумения и не понимают, что фундаментальные вопросы жизни не решаются с помощью только рыночных механизмов и денег. Мог ли выжить в такой системе министр-реформатор, который замахнулся на самое святое правящей системы: низовую схему пищевой цепочки, от которой кормятся чиновничьи кланы?

 

Доколе нас будут убивать?

 

Статья была уже подготовлена к публикации, когда страну потрясло трагическое известие из Пятигорска. Взрыв…Кровь…. Ошалело несчущиеся на красный свет светофоров машины «скорой»… Как это похоже на то, что уже было много раз. Тупая повторяемость рождает ощущение отчаяния и бессилия. Ставропольские элиты, которые устраивают политические игрища и забавляются заказными уголовными делами, уже забыли о двух набитых пулеметами, гранатами и басаевцами КАМАЗах, которые играючи пересекли половину края.

Их память не жгут видения женщин и детей, выставленных живым щитом в обугленные окна Буденовской больницы. Им нет дела до скорбных мужчин и женщин, которые каждый год 17 июня траурно тянутся к могилам на городское кладбище с цветами в руках, чтобы помянуть невинные жертвы террористов и проморгавших это преступление чиновников. И все повторяется снова.

Где те, кто должен предвидеть выходки отмороженных подонков и создавать препятствия для них? Кто отвечает за нашу безопасность? И так ли охраняем наш покой? Недавно краевая газета привела пример постыдной вялости местных властей. В Ставрополе в одном из особняков на улице Герцена постоянно околачиваются десятки небритых личностей, по виду – выходцев из соседней республики.

Многие в камуфляжах. В ворота заезжают машины, разгружают какие-то ящики. По двору разгуливают вооруженные карабинами и автоматами молодчики, в доме хранится оружие. Что это за люди? Горожане отправили десятки писем президенту, министру внутренних дел, в прокуратуру, в которых просят разобраться – и все тихо. Никому нет дела. Так чего удивляться, что уже и в столице СКФО запахло тротилом.

Это возмездие дряблой ставропольской элите. Раздобревшие на «откатах» и «распиле» бюджета чиновники давно утратили мужество и решительность. Они не способны быть защитниками. Они не извлекли уроков из буденовской трагедии. А урок один: всегда держи порох сухим! Теракт еще отчетливее подчеркивает необходимость создания в окрестностях калмыцкой и дагестанской границ передового дозора на дальних подступах к Ставрополю.

Этакой своеобразной Брестской мини- крепостицей, которая примет на себя первый удар. На фоне пятигорской трагедии еще более подлой представляется возня политических интриганов, которые на корню загубили доброе начинание. Милицейский форпост не только не доведен до ума, но скоро и то, что выстроено, превратится в рухлядь под степными дождями и ветрами.

Кому-кому, а боевикам и экстремистам на руку, чтобы таких КПМ-ов на Ставрополье было поменьше. Уж они-то точно выиграли от возбуждения уголовного дела против дорожного строителя Чиркова и прекращения строительных работ. Взрыв в Пятигорске напоминает об этом.

Василий Красуля.

E - mail: admin@protestkom.ru

Опрос
Вопрос?
Да, полностью
Да, частично
Нет
Воздерживаюсь


Внимание:
Насколько граждане сами себя уважают, настолько они способны изменить жизнь к лучшему.


Независимые СМИ помогут решить наши проблемы! Участвуйте в сборе средств на газету "Чистый воздух".


Возродим территориальное общественное самоуправление (ТОС) в городе Ставрополе!


Русской Ставропольской Республике быть!


МАЯТНИК ФУКО в Казанском соборе Ставрополя




© 2005-2016 Ставропольский городской Протестный Комитет.